Заметки по поводу. Обезьянки за рулём

05.10.2011 09:26

Быдло побеждает. С берега воронежской Усманки едет крутой джип, из его окна под колеса встречной машины вылетает пакет – по дороге разлетаются арбузные корки. Пассажир джипа с криком «иииху!» высунул в окно руку с оттопыренным пальцем.

Перед выездом на Московскую трассу с улицы Антонова-Овсеенко Воронежа я чудо видел: обезьяну за рулем. Видимо, ее долго дрессировали, и она оказалась очень способной: одновременно вертела баранку, курила, расковыривала банан и слушала тяжелый рок, который накрывал окружающее пространство в радиусе километра. Она очистила банан и засунула его в рот, а шкурку бросила на встречную полосу.

Я помню, как Томас, коллега из «Зюддойче цайтунг», с которым однажды ехали мы по Плехановской, вдруг охнул, аварийно вильнул машиной и затормозил у бордюра.

Оказалось, из джипа впереди водитель выбросил смятую пачку от сигарет.

Немец был в трансе. И пылко объяснил мне на сильно ломаном от волнения русском, что дома, увидев такое, немедленно стукнул бы на этого типа в дорожную полицию, и на ближайшем посту этого хама возьмут в такой оборот, что ему небо покажется с овчинку, и он навсегда заречется гадить под ноги себе и другим. У них там, в Баварии, очень жесткие экологические законы.

Хамы тоже встречаются; вот Томас год назад писал о спецоперации полиции, которая обнаружила свалку в лесу возле деревушки под Мюнхеном. Неделю полицейские дежурили в спецфургоне, снимали все на видео, рылись в мусоре в поисках доказательств – какие-то обрывки счетов, квиточки, газеты - и таки нашли виновных, после чего состоялся громкий процесс, и пощады нарушителям не было: экологические штрафы в Германии сродни банкротству.

В Воронежской области это могло бы выглядеть так: вот по дороге в Сосновый Бор большегрузные шоферы вывалили содержимое своих мусорных грузовиков в самых нежных, самых интимных уголках природы - на подснежники, на светло-зеленую дымку первой травы, на берег Усманки. И лежит оно там, отравляя мир и души людей. А потом виновных берут под белы ручки, и ушли грузовики на штраф, а шоферы – в полицейские досье. Клеймо это ставится на всю жизнь, и не известно еще, каким выйдет боком.

Кажется, что над природой глумится в основном молодежь, демонстрируя друг дружке свою крутость и суперменское презрение ко всему сущему. Мальчики охотно и громко матерятся вместе со своими юными девушками, и мат делает их взрослыми.

Они помечают территорию своего пребывания – мусором на полянах в лесу и на берегах, словами на стенах подъездов, подожженными кнопками лифтов и газетами в почтовых ящиках. И не знают еще, что за мусор во рту и под ногами неизбежно придется чем-то платить.

В лифте – свежая надпись жирным чёрным фломастером: «Типерь я понел, что такое ЛЮБОВЬ. Это - когда тибе плохо, а ей хорошо!».

И ведь почти жалко человека – драма у него.

Но если б только дети! Вот хорошо одетая бабушка кормит около подъезда внучка в коляске. Воркует, счастливая. Идиллия! Остатки йогурта она допила сама, а коробку бросила себе под ноги и покатила коляску дальше.

Когда говорят о том, что 40 лет стране надо бродить по пустыне, это неправда. Внучек уже заражен смертельно и до глубокой старости будет метать себе под ноги коробки от йогурта.

Мой народ выбросил елку на площадку в подъезде. И она валялась там месяц. Каким должно быть Правительство у народа, который в новеньком и современном доме умудряется за год превратить все подъезды в гадюшники?

А вчера я видел родственников той обезьяны: две семьи на дорогих иномарках устроили в пригородном лесу пикничок с шашлыками - молодые ухоженные пары, с ними трое детишек. Когда они уехали, на поляне осталась громадная куча отходов.

Эти уважаемые дамы и господа живут неподалеку и охотно гадят в лесу под своими окнами – там, где птицы, белки и бабочки, где гуляют молодые мамаши с колясками, бегают по утрам люди, дыша сосновым воздухом, гуляют пожилые пары и старушки и квасят алкаши под задушевные разговоры за жизнь…

Правда, однажды я видел на Усманке и другое: семейная пара средних лет, собираясь домой, не только сложила в мешок следы своего пребывания на Усманке, но и выкопала саперной лопаткой яму, куда собрала мусор, оставленный соседями. Мне даже стыдно стало: мы всего лишь убрали за собой, а за другими – нет.

Надо же, как отпечаталось в памяти...

Но это – исключение. Быдло побеждает.

Вот с берега Усманки едет крутой джип, из окна которого вдруг вылетел под колеса встречной машины пакет, лопнул – и по дороге разлетелись арбузные корки. Та шарахнулась к обочине и остановилась, сигналя. А пассажир джипа разъяснил ситуацию и с криком «иииху!» высунул в окно руку с оттопыренным средним пальцем.

Наш человек.