Общество
Запретите запрещать
05.02.2014 09:40
Журналисты имеют право задавать вопросы, даже дурацкие. Поэт сам избирает предметы для своих песен...
Общество
Один провинциальный школьник сходил в местный театр. Шёл «Старший сын» по пьесе Александра Вампилова. А потом отец школьника накатал жалобу: в театр, на один из местный интернет-форумов. Подозреваю, ещё куда-то.
Виталий Черников
Оказывается, в спектакле он нашёл «несколько сцен распития алкогольных напитков» и какую-то «пикантную сцену» (те, кто знаком с творчеством Вампилова, должны сейчас закрыть себе ладонью лицо)… «Нарушение федерального закона!», «куда смотрит отдел культуры районной администрации?!»
Года три назад мы бы посмеялись – и забыли. Мало ли вокруг странных людей, а то и просто глупых? Жалуются на то, что их соседи облучают. На девушек в мини. Иные недовольны тем, что на одном из величайших русских рок-альбомов «Прыг-скок» есть несколько «рискованных» слов (теперь я даже название этой группы Егора Летова не могу привести: газету за это ждут неприятности)… Всем не угодишь.
А в 2014 году каждый день читаю в Интернете новые сообщения о том, что кто-то что-то собрался запретить. С 1 февраля действует закон о досудебной блокировке сайтов, на которых выявлена «экстремистская информация». Ждём нового потока доносов.
Недавнее происшествие с телеканалом «Дождь», разумеется, звено этой цепи. Истерика, устроенная официозными СМИ из-за опроса, следовало или нет в 1941-м сдавать Ленинград врагу, чтобы спасти людей, конечно, организована. Жалоба провинциального зрителя на обычный спектакль – частная инициатива. Но ведь её автор дышит российским воздухом. Его претензии выглядят пародией на искусственно раздувавшийся скандал вокруг одного из спектаклей в пёстрой программе прошлогоднего Платоновского фестиваля в Воронеже– спектакля, на массовую аудиторию не рассчитанного и, судя по описаниям, не более шокирующего образованного театрала, чем эксперименты таких классиков, как Алехандро Ходоровский и Фернандо Аррабаль или хэппенинги времён молодёжной революции 1960-х.
Большинство настрочивших по столь комичному поводу с полсотни статей «публицистов», как и тот простодушный (?) зритель, имеют крайне смутное представление о театральном искусстве, о путях, пройденных им после обэриутов или дадаистов, но почему-то считают себя вправе призывать к новым цензурным ограничениям – в искусстве, а заодно и в жизни.
Вопросы о цене победы в Великой Отечественной хоть раз задавал себе любой нормальный человек. Для журналиста и историка задавать вопросы - обязанность. Это у пропагандиста или фанатика их нет вообще, одни лишь партийные установки. Которые завтра сменятся.
Выжившие блокадники, конечно, тоже задавались тем, «кощунственным», вопросом. И ответ у каждого был свой.
Допускаю, что формулировка не очень грамотна. Ведь сдача города вовсе не подразумевает избавления его жителей от голода. Тем более – в ситуации 1941-го. Знакомые с историей не по телесериалам, конечно же, помнят эту цитату: «Не оставлять врагу ни одного паровоза, ни одного вагона, не оставлять противнику ни килограмма хлеба, ни литра горючего... Всё ценное имущество, в том числе цветные металлы, хлеб и горючее, которое не может быть вывезено, должно безусловно уничтожаться». Могло бы произойти, как в Воронеже: включая свой Песчаный лог. Наверное, погибших оказалось бы меньше, чем в дни блокады...
С другой стороны, и Ставкой такой вариант, как отступление, не рассматривался как кощунственный, насколько мне известно. Победа-то всё равно была бы за нами.
И вот партийный пропагандист хорошо поставленным голосом обличает мифических «либералов», якобы восхищающихся нацистской униформой (как это, да и прочие домыслы его коллег, вытекает из вопроса, не ясно). И вот политик, брызгая слюной, врёт, что авторы опроса призывали сдать Ленинград врагу (именно так: сдать в 2014-м город, осаждённый в 1941-м, давно разгромленному врагу! Посредством опроса россиян!). «Информационные» сайты заполняются написанными под копирку сообщениями «из регионов» в духе гневных писем «простых рабочих», обличавших «троцкистско-бухаринских собак», «безродных космополитов», «отщепенцев Даниэля и Синявского», любителей джаза. «Телезрители Кривогорска негодуют», «Нижневихлюйская область требует закрыть телеканал за кощунство».
Типичная для наших дней технология натравливания одной части народа (якобы «большинства», которое якобы всегда право – только потому, что «большинство») на другую.
Кстати, оправдания уничтожению соотечественников – рабочих, крестьян, учёных, режиссёров, поэтов, священников, - в первые десятилетия Советской власти, звучащие порой и на госканалах, ни у «телезрителей Кривогорска», ни у депутатов столь буйного возмущения почему-то не вызывали.
Пишу эти строки и чувствую себя глупо. До чего же у нас всё дошло, что приходится объяснять: да, журналист и историк могут задавать вопросы. Поэт сам избирает предметы для своих песен, толпа не имеет права управлять его вдохновением. «Пропаганда приоритета сексуальных отношений в ущерб ценностям семейной жизни, духовного и интеллектуального развития» (вот ведь формулировка-то!) невозможна, как и «пропаганда гомосексуализма». В стихах случаются метафоры и гиберболы. Заниматься сексом – естественно. Нацистами становятся не оттого, что увидели по телевизору изображение свастики. Некоторые персонажи романов, пьес и фильмов выпивают и нехорошо выражаются. И в жизни так бывает. Секс у них тоже случается. Волга впадает в Каспийское море.
Была в перестройку такая телепередача – «Музыкальный ринг». Гостю задавали вопросы о его творчестве «простые советские меломаны». Массовку набирали, судя по лексикону и уровню эрудиции, главным образом из комсомольских работников да мелких гэбешников, слегка разбавляя советскими бабушками, упрекавшими, например, музыкантов «Аквариума», что те не по-нашенски одеваются.
Однажды гостем «Ринга» стал великий Сергей Курёхин, это было чуть ли не первое его появление на телевидении. Искусствоведы в штатском принялись поучать: «Ваша музыка вызывает нездоровые ассоциации!», «Вы не задумывались о том, что существует определённая этика поведения на сцене?», «В Министерстве культуры должны подумать о том, чтобы не предоставлять эфирное время и площадку подобным явлениям!» Тогда они проиграли. Собеседник вместо того, чтобы оправдываться, элегантно их высмеял. Время изменилось. Так казалось нам, заворожено наблюдавшим за телесражением двух миров.
Когда три года спустя в одной из партийных газет назвали кощунством абсурдистскую концепцию того же Курёхина, что Ленин был грибом, ничего, кроме дружного хохота, это не вызвало. Но те люди не исчезли. И дождались реванша. Более удачливые представители той агрессивной массовки (и их дети) заняли ответственные посты, принимают законы, читают нам мораль с телеэкрана.
Менее удачливые составляют списки новых «врагов народа», заполняют газетные полосы и пропагандистские сайты статьями: на языке из 1947-го гневаются, что госбюджет помог молодым литераторам издать коллективный сборник с текстами талантливыми, а не «идеологически выдержанными»; или требуют принять санкции к мёртвым Пикассо и Дали, которые до того обнаглели, что не спрашивают разрешения, как и о чём рисовать.
На других, столь же великих, творцов не жалуются, кажется, лишь потому, что не слышали их имён. И если нам запретят озорную графику Пикассо, будем какое-то время пересматривать фильмы Бунюэля, а запретят «Назарина» и «Млечный путь» (скажем, за «оскорбление чувств верующих») – полезем на полку за чем-то ещё. Столько было снято отличных фильмов, написано крутейших книжек - чиновникам и стукачам найдётся чем заняться. Тем более что они же ещё и отвлекаются на соцопросы, картинки в соцсетях, комментарии в блогах...
Там, глядишь, и новая оттепель. Когда-нибудь.
Не известно, правда, все ли доживут. И каков будет курс рубля.
…А те, кто пытался научить моё поколение Свободе, - Сергей Курёхин, Илья Кормильцев, Егор Летов, - умерли. Неужели мы забудем их уроки?
Источник: газета «Воронежская неделя» № 6 (2147), 05.02.2014г.