Общество
Земляки. Не быть иванами, не помнящими родства. СПИСАНЫ В ПУЧИНУ?
31.05.2007 00:00
Сегодня моряки-подводники отмечают свой праздник. А 20 марта мог бы отметить свое 65-летие уроженец села Средний Икорец Лискинского района Воронежской области Иван Тихонович Котов. Однако судьбе было угодно распорядиться так, что жизнь мичмана оборвалась в марте 1968 года, когда в водах Тихого океана трагически закончила боевой поход советская подводная лодка К-129. Гибель ракетоносца и поныне покрыта тайной...
ЗЕМЛЯКИНе быть иванами, не помнящими родства
Сегодня моряки-подводники отмечают свой праздник. А 20 марта мог бы отметить свое 65-летие уроженец села Средний Икорец Лискинского района Воронежской области Иван Тихонович Котов. Однако судьбе было угодно распорядиться так, что жизнь мичмана оборвалась в марте 1968 года, когда в водах Тихого океана трагически закончила боевой поход советская подводная лодка К-129.
Гибель ракетоносца и поныне покрыта тайной, а моряки-подводники обрели вечный покой на чужбине… Среди них – наш земляк Иван Котов.
На снимке: Иван до службы во флоте.
…Рассветными морозными туманами 25 февраля 1968 года, в 5:00 по камчатскому времени из базы в бухте Тарья тихо и без проводов начала неплановый боевой поход в Тихий океан советская дизель-электрическая подлодка К-129 с тремя сверхсекретными ядерными баллистическими ракетами Р-21 в чреве прочного корпуса. Через 11 суток командир лодки капитан первого ранга Владимир Кобзарь на связь не вышел и прохождение контрольной точки маршрута близ острова Гуам не подтвердил.
Между тем в координатах этой самой точки в ночь на 8 марта американский спутник-шпион засёк яркую вспышку на поверхности океана. Мощный взрыв на глубине был зафиксирован в этом районе и донными акустическими системами ВМС США. Позже станет известно: подводный ракетный крейсер с максимальной глубиной погружения в 300 метров унёс в пятикилометровую океанскую бездну не только военные секреты, но и более 100 человеческих жизней вместо 87, положенных по штату. Среди моряков, ушедших на запредельную глубину, был и воронежский парень из Среднего Икорца Иван Котов.
… А страна праздновала Международный женский день, выпавший в тот год на пятницу. Плюс два дня выходных. Своих исчезнувших сыновей и не вышедшую ни разу в эфир субмарину загулявшая страна окликнула лишь через 4 дня – в понедельник 11 марта. Окликнула робкой радиограммой «Срочно отзовитесь!» после утреннего запоздалого доклада главкому ВМФ Горшкову. Условного ответа ждали ещё сутки. Лодка молчала. И только через 14 суток началась поисково-спасательная операция, невиданная по размаху и секретности. Хотя, какая уж там секретность: станции радиоперехвата в Японии, Южной Корее, на Гавайях не успевали отлавливать на частотах подлодки кричащий открытым текстом голос эфира: «Красная Звезда», выходи на связь!», «Красная Звезда», ответь Центру, ответь Центру!». Позывные пропавшего ракетоносца слали в глубину даже поисковые самолёты. Но не известная иностранным слухачам «Красная Звезда» на зов Родины не отвечала.
Лодку искали 72 дня. Похоже, в истории флота ещё никого не искали так долго, упорно и масштабно. На поиски субмарины были брошены 36 кораблей различного класса, 4 подлодки, 2 плавбазы. Самолёты-разведчики ТУ-95РЦ перебрасывались в район поисков даже с Северного флота. Командиру 29-й дивизии, в состав которой входила К-129, контр-адмиралу Владимиру Дыгало приказано было лично пройти на атомной лодке весь маршрут пропавшей субмарины. Район поиска определили в 300 тысяч квадратных километров, потом его расширили до 1 миллиона. Но… «где искать, в штабе ТОФ не знали даже приблизительно», – напишет потом отставной разведчик ЦРУ Клайд Барлессон. От места гибели субмарины «Гольф» (по классификации НАТО) самая дальняя точка поиска русских отстояла за 400 миль…
В августе стратегический подводный ракетоносец из боевого состава дивизии списали… без указания причин. Родственникам моряков объявили о их гибели. Дату смерти определили произвольно – по моменту потери связи с подлодкой, 8 марта 1968-го. Причину смерти государство сформулировало бездушно-кощунственно: «признать умершим». Умершим где – во время прогулочного круиза? С такой записью в извещениях о смерти родственники моряков лишались всякого шанса на получение пенсий, пособий, льгот. Жёнам офицеров выдали за «считать умершими» по 1 тысяче рублей и 500 рублей – на ребёнка. Многие вдовы, не соглашаясь с гибелью близких, долго не могли прикоснуться к этим деньгам. Когда наконец решились – в сберкассах остались одни нули, деньги сожрала инфляция.
Правительственная комиссия во главе с заместителем Предсовмина Леонидом Смирновым, сформированная «по факту исчезновения» (!) ракетного крейсера, среди множества версий (от шаровой молнии до взрыва ракет в пусковых шахтах) остановилась на двух.
Первая – лодку в надводном положении без сигнальных огней ночью протаранил океанский транспорт, или её утопила штормовая волна через РДП (работа двигателей подводная).
Версия вторая – при всплытии на зарядку аккумуляторов лодка ударилась боевой рубкой о днище большого транспорта. Однако специалисты-подводники убеждены: К-129 протаранила американская лодка-шпион. К такой версии склоняет и факт, что через три дня после гибели К-129 на японскую базу Йокосука с повреждением боевой рубки тайно прибыл атомоход «Суордфиш». Признать факт утопления русских янки явно не спешили, да их никто об этом и не спрашивал: после аврального скрытного ремонта их субмарина спешно ушла к своим берегам.
Что в этих версиях спасало репутацию военно-морского ведомства, конструкторов лодки и ракет, а что воистину погубило жизни моряков, могла бы рассказать сама лодка. Она и рассказала – через шесть лет после своей гибели. Но не нам. И в этом «не нам» – очередной позор нашего государства. И посмертная трагедия раздавленных бездной моряков и их родных.
Летом 1974-го ВМС и ЦРУ США за 40 дней проведут секретнейшую операции под кодовым названием «Дженифер» и с помощью уникального грузоподъёмного комплекса «Гломар Эксплорер» поднимут с глубины более 5000 метров так и не найденную нами в 1968 году К-129. Стоимость проекта обошлась в полмиллиарда долларов. Но бешенные деньги того стоили: янки предполагали добыть с борта советской подлодки шифраторы, системы кодов, а если повезёт, то и ядерные боеголовки сверхсекретных русских ракет Р-21. Американцам повезло, но не на все «сто»: при подъёме лодка якобы переломилась, и на поверхность подняли лишь её носовую часть, в которой находились тела шести членов экипажа (по другим данным – 58, по первым признаниям в «Нью-Йорк таймс» – около 70 тел подводников).
При дефиците достоверности рождаются легенды. Американцы якобы уведомили Москву о поднятом из пучины (при чём же тогда секретность?), но в ответ услышали: «Мы никого и ничего не теряли, все наши лодки находятся в базах». Если это так, то этим «не теряли» государство фактически открестилось от своих погибших соотечественников, посланных им охранять его рубежи и превратившее их останки в бесхозные.
Это «не теряли» подтолкнуло янки к фактическому международному преступлению – осквернению братской могилы подводников. Единственное, на что сподобилась их тогдашняя Родина, – послала Госдепартаменту США ноту протеста, обвинив в подъёме со дна океана чужого корабля. Так ведь «не теряли» ж? А «чужого» – для кого? Если для нас, то как понимать приказ тогдашнего главкома ВМФ: «В районе гибели К-129 нести боевое дежурство. Подъём оставшейся части не допустить, вплоть до бомбёжки района».
…В октябре 1992 года директор ЦРУ Р.Гейс передал Президенту России Б.Ельцину видеозапись захоронения тел шести советских подводников, произведенного, вроде бы, в соответствии с нашим морским ритуалом, под гимн Советского Союза. Но… в американском полушарии. Вот что гласят сообщения американских СМИ середины 70-х: «Тела русских моряков похоронены во Флориде, на островах Гуам и Мауи, аттоле Мидуэй». Кстати, под занавес своего президентства 22 октября 1998 года Б.Ельцин подписал-таки Указ №1285 о награждении всего экипажа К-129 полугражданским орденом Мужества посмертно. Но к этому указу двум флотским главкомам потребовалось подталкивать бывшего президента целых шесть лет – «награждаем, понимаешь, героев или кого?».
Веяние новорусского времени: прахи царей, князей, генералов перевозят в российские столицы из Франций и Британий и ставят им памятники на русской земле. А моряки лодки К-129 что, менее русские, чтобы косточки их покоились на чужих островах и аттолах? А ведь их до сих пор ждут вдовы и повзрослевшие дети их, чтобы было где и кому поклониться.
По праву земляка икорецкого парня Ивана Котова хочу задать вопросы нашему демократическому правительству и гаранту Конституции российской страны.
Первый и главный из них: намерены ли они через 38 лет после трагедии поднять занавес под тайной о гибели К-129?
Вопрос второй: появится ли наконец желание создать совместную российско-американскую комиссию, которая расскажет нам всю правду о К-129 и покажет места истинных захоронений моряков? Иначе у России никаких «Гольфов» и «Курсков», Кобзарей, Лачиных и Котовых не хватит для нового времени и её будущей славы.
…У старшины команды электриков с той подлодки Ивана Котова были (и есть!) своя земля, своя Родина и своя судьба, завязанная с морем так туго, как и морские узлы не вяжут. И потому не гоже бы лежать праху русского парня в чужой земле. Мичман Котов с детства романтикой моря не болел. Его страстью были… голуби, дети и цветы. Восемь детей Тихона Дмитриевича и Ирины Андреевны Котовых удивляли односельчан пытливым умом, жизнелюбием, добротой и сплоченностью. «В детстве никого из нас не обижали даже отъявленные хулиганы, – вспоминает младший брат Котовых Юрий. – Ваня умел защитить не только нас, но и всю детвору нашей улицы. К срочной службе во флоте он уже был кандидатом в мастера по боксу, работал в Златоусте электриком, оттуда и призывался».
Уже на первом году службы в картонную семейную шкатулку к отцовскому ордену Красной Звезды и маминой «Материнской Славе» бережно лёг и похвальный лист отличника ВМФ старшины второй статьи Ивана Котова. На сверхсрочную Ивана уговорил командир подлодки – не хотел расставаться с мичманом-жизнелюбом и классным специалистом. «Да и Ваня очень хотел заработать на квартиру и машину, подводникам платили тогда неплохо, – продолжает вспоминать Юрий Тихонович. – К тому времени у Ивана с Аллой подрастали две дочки – Оля и Галя. В родительский дом к нам каждое лето съезжались все Котовы, приурочивая свои отпуска к Ивановому. Весело было, шумно. Насажает Ваня на старенькую «Яву» с коляской племянников и окрестную детвору и катает по селу да на речку. Или голубей всей улицей гоняем, он и меня этой страстью заразил».
В том походе на К-129 мичмана Ивана Котова не должно было быть – не его это лодка. Но штатного мичмана Бориса Салахова из отпуска не пустила к лодке нелётная погода, и перст судьбы указал на старшину команды электриков из 337-го экипажа – это была единственная замена сверхсрочника на обречённой субмарине. Но ту обречённость в семье Котовых не чувствовал никто: лишь двухлетняя Галя, взобравшись на подоконник, непривычно долго махала папе ручонкой сквозь мутное от плачущего дождя окно…
К очередному отпуску Ивана в лето 68-го к родительскому гнезду привычно слетелись Котовы со всего Союза. Иван запаздывал. Вместо него в Средний Икорец из далёкой бухты Тарья прилетела страшная бумага за подписью контр-адмирала В.Дыгало от 10 августа: «С глубокой скорбью сообщаю Вам, что Ваш сын Котов Иван Тихонович трагически погиб в океане при выполнении служебного задания…»
Стараниями морских офицеров Ю.Лисовского, В.Расторгуева, Н.Титоренко Воронеж запомнил имя мичмана подводного крейсера К-129 Ивана Котова и высек его 17 января 2005 года на мемориальной доске в Успенском Адмиралтейском храме. В Лисках тоже помнят его не скудной памятью. Учитель Средне-Икорецкой школы Валентина Беззубцева бережно собрала материалы о земляке для школьного музея. Но родственникам и односельчанам И.Котова на поклон к дорогому имени в воронежский Адмиралтейский храм ездить далековато. Уместной была бы мемориальная доска на стене начальной школы, где учился Иван. Однако ветхое здание, тополя вокруг которого сажал третьеклассник Ваня Котов, собираются якобы сносить. В Икорце заканчивается строительство школы по проекту, не имеющему аналогов в области. Вот туда бы в самый раз и поселить память о не вернувшемся из океанских глубин земляке-подводнике, так любившем детей, голубей и цветы.
Николай КАРДАШОВ,
соб. корр. «Коммуны».
Лискинский район.
Фото Татьяны ЧЕРНЫХ .
© При перепечатке или цитировании материалов cайта ссылка на издания газетной группы «Коммуна» обязательна. При использовании материалов в интернете гиперссылка на www.kommuna.ru обязательна.
