Общество
Жизнь в другом измерении
24.12.2008 09:37
«Если что, беги, поняла?» – сказал сотрудник милиции, выходя из машины в одном из темных дворов в центре Воронежа. «А что, может что-то случиться?» – не на шутку разволновалась я. В тот вечер я отправилась в рейд по притонам с сотрудниками Центрального ОВД.
– Если что, беги, поняла? – сказал мне сотрудник милиции, выходя из машины в одном из темных дворов в центре Воронежа.
– А что, может случиться что-то? – не на шутку разволновалась я.
В тот вечер я отправилась в рейд по притонам с двумя сотрудниками Центрального ОВД.
Остановившись перед дверью в подвал, мы прислушались: не было слышно ни звука. Открыли дверь – и в нос сразу ударил запах кислоты. Потом меня просветили: «Это уксусная кислота, на ней наркоманы варят «черняшку».
Спустились вниз, по темной лестнице. Войдя в первую комнату в подвале, я увидела сломанные диваны, кресла. Под ногами был настил – из досок, фанеры и картона. Освещая путь двумя фонарями, милиционеры повели меня дальше. Вход в следующую комнату был завешен покрывалом.
– Здесь их главные «апартаменты», – сказал мне один из моих проводников.
Войдя в «апартаменты», я искренне удивилась увиденному: в комнате стояли два дивана, журнальный столик с настольной лампой и микроволновая печь. Мы долго искали выключатель и, не найдя его, включили настольную лампу. При свете в подвале стало еще страшнее. Почему-то бросились в глаза мелкие предметы: граненый стакан с прозрачной жидкостью – уксусом, горелка и одиноко лежащий журнал.
Я всегда считала, что наркоманы – люди не очень обеспеченные, потому что все деньги у них уходят на покупку «дозы», поэтому очень удивилась, что одна из стен полностью обклеена пачками из-под сигарет «Мальборо». Курить «Мальборо»? Это какими же деньгами они располагают? А пьют они только натуральные соки, об этом свидетельствовало несколько пустых пакетов в углу.
– Для того, чтобы жить на широкую ногу, наркоманы идут на преступление, – рассказал мне потом заместитель начальника Центрального ОВД подполковник милиции Сергей Червонцев.– Самый распространенный вид преступления в нашем районе – кража телефонов. Особенно распространен такой вид мошенничества: человек разговаривает по телефону, к нему подходит преступник и под предлогом того, что ему срочно нужно позвонить родственнику, а в его телефоне села батарейка, просит разрешения дать ему сотовый. Часто люди проявляют жалость, дают трубку, преступник делает вид, что набирает номер, отвлекая таким образом внимание жертвы, а потом убегает.
Иногда преступники действуют и более агрессивно: просто отбирают телефон. Мы советуем гражданам не разговаривать по телефону в темное время суток на малолюдных улицах.
Впрочем, есть и приятные новости. Сергей Червонцев сообщил: несмотря на то, что сейчас рано темнеет, резкого скачка уровня преступности на территории района не произошло.
…Глядя на аккуратно застеленные покрывалом диваны в подвале, я не могла поверить, что нахожусь в притоне. Хозяев всего этого великолепия застать так и не удалось, хотя милиционеры сказали мне, что к их приходу здесь уже все готово, имея в виду стакан с кислотой. Ждать их возвращения мы не стали: как люди воспитанные выключили свет и поднялись наверх. Сразу в лицо дунул свежий воздух.
С вопросом о дальнейшей судьбе притона я обратилась к начальнику ОВД по Центральному району, подполковнику юстиции Сергею Суркову:
– На имя заместителя руководителя управы по жилищно-коммунальному хозяйству будет направлено представление об устранении нарушений. Дверь в подвал уже заварили. Наркоманы – завсегдатаи этого места задержаны, мировой суд инкриминировал им административное правонарушение с арестом на пять суток.
Уже в машине сотрудники милиции спросили: «Ну что? Едем в следующий?» Если честно, ехать больше никуда не хотелось, потому что и так страху натерпелась немало. Но говорить об этом вслух я не решилась, все-таки сама напросилась на поездку.
Проехав несколько дворов, машина остановилась в одном из следующих.
Вошли в подъезд, и у меня сразу возник вопрос:
– Здесь еще живут люди, или дом предназначен для сноса?
– Еще как живут!
Поднявшись по лестнице без перил, мы попали в длинный коридор, такие обычно бывают в коммунальных квартирах. Горы мусора и кишащие под ногами тараканы – первое, что бросилось в глаза. Комната, закрытая двустворчатой дверью из фанеры с маленьким навесным замком (такие часто вешают на почтовые ящики), – и есть цель нашего визита. В центре двери – большая круглая дыра. Сразу видно, что в эту дверь стучали кулаком не соизмеряя силы.
Милиционеры очень удивились замку:
– Раньше здесь ни от кого не закрывались и были рады видеть всех.
Рядом с соседней дверью мужчина подметал полы. Увидев милиционеров в форме, он сразу отрапортовал:
– Там нет никого, второй день спокойно живем.
Как же соседи все это терпят? Прошли дальше по коридору, заглянули в открытые двери – и я сама нашла ответ на свой вопрос: соседи – такие же. На кухоньке сидели мужчина и женщина.
– Они без постоянного места жительства, бомжи, – сообщила мне милиция.
Странная пара ужинала.
– Выпиваем? – спросил сотрудник милиции.
– Можешь проверить: ни капли, – ответила женщина.
По диалогу можно было смело судить о том, что милиционеры и бомжи хорошо знакомы друг с другом.
Едем в следующий притон.
– Хозяин квартиры умер два года назад. Ее облюбовали подозрительные личности. Взломали замки, сделали изнутри щеколду – так и живут.
На двери я увидела обрывки бумаги – следы того, что квартира опечатывалась. На стук в дверь никто не открыл.
Так и закончился наш рейд.
Грустное и тяжелое он оставил впечатление. Мы очень редко задумываемся о том, что где-то рядом с нами, в соседнем подъезде, в подвале есть какая-то другая жизнь – неблагополучная и порочная.
