Размышления журналиста. Милиция умерла. Да здравствует полиция!

01.03.2011 09:31

Так что нам остаётся только поминать прошлое милиции, стараясь забыть драмы и трагедии, а сохранить – анекдоты и байки.

С первым днём весны к нам приходит новый праздник – день рождения полиции. А милиция отходит в мир иной. Вместе со своим прошлым, в котором символ милиции – дядя Стёпа и гимн Советского Союза были родственниками по отцу. Зрители дружно протестовали против этой замены, но… Так что остаётся поминать прошлое милиции, стараясь забыть драмы и трагедии, а сохранить – анекдоты и байки.

У меня они тоже есть.

Мой старый приятель - мелкий бизнесмен, хозяин фотоателье, и с правоохранителями он общается регулярно. Под Новый год к нему пришла милиция, посмотрела на компьютеры и высказала большое подозрение, что программы на них – нелицензионные. А к авторским правам у нас в стране закон суров, но справедлив.

В общем, если без протокола, то стоит такое нарушение сто тысяч рублей. Причём немедленно: в следующем году цены вырастут – инфляция.

Приятель долго ссылался на малость своего бизнеса и на тот же кризис с его неплатежами, но милиция сказала, что если завтра она не выполнит новогодний план по РОВД, у «ребят» будут серьёзные проблемы. И тогда ателье этому не жить. Короче, уже завтра милиция придёт с ордером и с понятыми - изымать и опечатывать.

Через день приятель отдал половину денег, а на вторую половину составил список своих должников – мол, с них берите. Милиция временно согласилась и опечатывать компьютеры и помещение не стала. Но предупредила: если не получится собрать долги, она вернется – айл би бэк! Капитан милиции (уже с ордером) принял у приятеля пятьдесят тысяч рублей разными купюрами и откланялся, козырнув со значением: честь имею! Знаешь, рассказал потом приятель, мы тогда всю ночь с женой думали. Она даже всплакнула. И пришли мы к такому выводу: эту систему лечить не мне, и вообще бесполезно. Даже грозные окрики обоих президентов страны её ничуть не испугали.

Её можно только разрушить до основания, а руины сжечь и утопить в Марианской впадине. А поскольку мы этого сделать не можем, то уж наш-то мелкосемейный бизнес за попытку сопротивления система сотрёт в порошок.

Мстить будут все: СЭС, пожарные, технадзор, борцы с наркотиками – и т.д. Каждый из проверяющих будет бороться, искать, найти и не сдаваться. Потому что они – бригада. Один за всех и все на одного! А найти что-нибудь у любого предпринимателя при наших-то законах и нормах жизни можно всегда. И тогда наша семья станет банкротом.

Пойдём с детками по миру, и никто этой малости и не заметит в стране, где все хаты – с краю.

- А милиция – ты вспомни, - сказал приятель, – разве это лечится?.. Система сложилась в волчью гармонию, в ней даже слово «честь» нашло уверенное место. И если рядом с вами остановилась милицейская машина – бегите прочь изо всех сил. Потому что они не помочь вам остановились. Это они охотятся.

Я помню. Он уже не раз был вынужден обращаться туда. И регулярно выходило нечто удивительное. Однажды в ателье кто-то украл деньги – там несколько фирм на этаже, и для посетителей - просто проходной двор. Пропажу обнаружили в начале рабочего дня, вызвали милицию.

Та вызов приняла, но «по горячим следам» никто не пришёл. Лишь к вечеру следующего дня явился изрядно «уставший» лейтенант. Он выслушал директора ателье, походил по коридорам, где его сильно штормило; изучив место преступления, направился к выходу. Но в последний момент его осенило, он вернулся, зашёл в бухгалтерию, сел с нехорошей улыбкой напротив главбуха, гипнотизируя её влажным взором, потом вытащил «макарова» и крикнул: «Колись, с-сука!»

Пожилой женщине вызвали «скорую» и отправили с сердечным приступом в больницу, а лейтенант, чем-то похожий на героев сериала «Улицы разбитых фонарей», ушёл домой с заметным чувством исполненного долга.

Приятель с трясущимися от ярости руками позвонил на следующий день милицейскому начальству. Мол, мы тут охренели от вашего сотрудника и его оперативно-розыскных действий! Начальник развёл по телефону руками: ну, что я могу поделать, где я вам других возьму?.. К тому же лейтенант этот настоящий боевой офицер, вооружённых бандитов брал, в Чечне свой долг честно отдал Родине – от звонка до звонка. Ну, устал человек…

В другой раз злоумышленники ночью выломали решётку на окне ателье, сорвав её с помощью автомобиля. Разбили окно, связали пьяного сторожа и залепили ему пластырем рот, вытащили сейф с наличкой и очень важными для приятеля документами и увезли в неизвестном направлении.

Милиция приехала с досадой на лицах, повозилась у окна, сняла показания со сторожа и директора ателье и исчезла. Приятель регулярно звонил в РОВД, получал типовой ответ «работаем» и через пару недель, потеряв всякую надежду на правоохранительную систему государства российского, обратился к «браткам», не раз подтверждавшим эффективность своей оперативно-розыскной работы.

Через три дня приятелю вернули документы и деньги, половину которых он по условиям договора отдал «оперативникам» за успешно выполненную работу, и страшно рад был документам. Грабителей ему не представили, зато привезли на пустырь и показали раскуроченный сейф; мол, если нужен зачем, забирай.

На том и попрощались. После чего приятель как добропорядочный гражданин позвонил в РОВД, что случайно обнаружил свой сейф на пустыре неподалеку; вам же, наверное, надо для работы – отпечатки, то, сё.

В РОВД обрадовались: ой, какой вы молодец, что нашли! Конечно, эта важная улика остро необходима нам для розыска по вашему делу! Только, это… Все сотрудники сейчас заняты, так вы сами заверните сейф в какой-нибудь полиэтилен и доставьте нам, хорошо?

Приятель махнул на всё рукой и постарался забыть.

Груз ответственности за дела милиции долго нёс мой друг, собкор «Новой газеты» в Германии Сергей Золовкин; его день рождения – 10 ноября, в День милиции, да и сам Сергей – бывший советский мент «с земли», старой закалки человек, с обострённым чувством справедливости и совестью.

Теперь ответственность за полицию понесу я, так как мой день рождения именно 1 марта. Мне легче, чем другу, – ментовского прошлого у меня нет, как и у полиции, и понятно же, что теперь наши правоохранители, ударившись о землю, как в сказке, станут красными молодцами, ничего общего с милицией не имеющими.