Регион
Письма в газету «Коммуну». Есть улицы Грушевые, есть улицы…
06.04.2005 00:00
«О бедах нашего дома №29 по улице Торпедо в Воронеже уже известно, потому что в «Коммуне» 27 июня нынешнего года прозвучал наш крик о помощи, - пишут в своем очередном письме в газету измученные жильцы. - Именно крик, поскольку мы существуем в аварийном доме, не пригодном для проживания и грозящим обвалом. Это подтверждено двумя независимыми государственными судебными экспертизами, которые установили, что дом в любую минуту может произвольно обрушиться. На втором этаже обвалилась стена...
Помните строки из песни известного певца и композитора Юрия Антонова? Его лирический герой идет по родному городу, в котором есть ласковые улицы, от которых становится легко на душе. Какие милые названия – Абрикосовая, Виноградная, Вишневая, Тенистая. А вот я живу на улице Транспортной. Сами понимаете, что отличие существенное. Как говорится: «Как вы яхту назовете, так она и поплывет»… Вот мы и плывем, в прямом смысле, потому что создана улица полностью для Его Величества Транспорта.
Но сначала об особенностях нашей улицы. Основной достопримечательностью ее является Ротонда, которая была частью больницы, разрушенной фашистами. Наша власть, видимо, в память о том событии, оставила в первозданном виде не только Ротонду, но и всю улицу. Чтобы не нарушать исторической правдивости, тротуаров делать не стали на протяжении всей улицы. Так романтики больше. Легче войну представить.
Другая достопримечательность в том, что наша улица является границей между Центральным и Коминтерновским районами. Сначала думаешь, какая разница – граница или нет? Но затем понимаешь, что есть разница. На стороне Центрального района имеется растворный узел (немаловажная достопримечательность). От этого узла постоянно отходят машины с раствором, а по ночам все время работает трактор. С машин, естественно, стекает на проезжую часть дороги раствор, высыхает, а потом цементная пыль разносится машинами и осаждается на всем и на всех. Видимо, под давлением постоянных жалоб, стали проезжую часть поливать, но только ту часть, которая принадлежит Центральному району. Вот тут и вспомнишь о границе… Иногда, видимо, водитель неопытный попадается, нечаянно поливают и другую сторону.
Не знаю, что вы видите из ваших окон, а вот я из своего вижу ЛЭП. Она, «красавица», прямо под моим балконом. Правда, хотели ее убрать под землю из-за жалоб граждан на сильные электромагнитные поля. Но потом не стали. Руки не поднялись, чтобы такую «красоту» - и под корень.
Не столь давно за Ротондой стали строить церковь. Вы, наверное, помните песню про дикарей, у которых были проблемы с крокодилом и кокосами. Они молились, а толку не было. В нашем случае – то же самое. Рядом с церковью построили участок так называемой «дороги в никуда» для сообщения с Северным мостом. Мы сначала с надеждой ждали, что наличие церкви поможет, и для нас начнется новая жизнь. Не тут-то было… Дорогу эту расширили за счет участка под несуществующий тротуар. Идете вы по месту для тротуара, идете и вдруг плавно оказываетесь на проезжей части дороги с разметкой для машин (мы же – Транспортная улица!..). Маневрируя среди потока машин метров 60, попадаете на перекресток (без светофора) и по «зебре» переходите в грязь на другую сторону. Представили, как власти надо людей любить, чтобы заставлять их в темноте (кабель-то для уличных фонарей у нас строители этой самой дороги перерубили) по грязи между машинами до дома добираться.
У вас может создастся впечатление, что власть о нас вообще забыла. Не забыла. Перед каждыми выборами нас украшают плакатами и агитаторов посылают (наверное, за большие деньги). Сами чиновники, видно, боятся к нам идти. Может, вы, журналисты, поможете нам улицу переименовать с помощью будущего мэра? Бывшему мы уже писали, но все без толку. Впрочем, может, и без переименования получится все наладить, скорее бы только всевозможные выборы заканчивались. Те, кого выберут, успокоятся, глядишь, и работать начнут на благо народа.
уважением,
Лидия Воробьева. г.Воронеж.
Право на жизнь
Уважаемая редакция!
О бедах нашего дома №29 по ул. Торпедо областного центра вам уже известно, потому что в «Коммуне» 27 июня нынешнего года прозвучал наш крик о помощи. Именно крик, поскольку мы существуем в аварийном доме, непригодном для проживания и грозящим обвалом. Это подтверждено двумя независимыми государственными судебными экспертизами, которые установили, что дом в любую минуту может произвольно обрушиться. На втором этаже уже обвалилась стена, канализационные и водопроводные трубы пришли в негодность, неоднократно вспыхивала электропроводка, в квартирах невыносимая влажность, деревянные перекрытия полностью поражены разрушительным грибком. О таком благе цивилизации, как горячая вода, жильцы дома уже давно забыли.
Более трех лет мы вынуждены отстаивать свои права на здоровую и безопасную жизнь в правозащитных организациях и судах Воронежской области. После публикации нашего письма в газете местные власти уведомили жильцов, что во втором квартале 2004 г. они будут расселены. Мы обратились к председателю комитета по управлению жилищным фондом Воронежа В.А.Черных и потребовали от него письменного подтверждения.
14 августа нынешнего года на двери дома появилось объявление: «Всем жильцам срочно явиться в администрацию Коминтерновского района по вопросу переселения». Не надо объяснять, с какой радостью мы читали эти строки. На следующий день все дружно прибыли в администрацию. Жилищный комитет во главе с Б.В.Зубовым с уважением приняли нас, разъяснили права, уточнили, кому какая площадь положена и объявили, что на днях нас начнут расселять. Через неделю инициативная группа пришла на прием к Б.В.Зубову, и нам заявили, что квартир для расселения вовсе нет.
Мы посчитали это элементарным издевательством и написали письмо в администрацию Президента. 30 сентября пришел ответ из муниципального учреждения «Городская дирекция единого заказчика ЖКХ», подписанный директором А.Н.Миролюбовым. Без возмущения эту отписку читать нельзя. В четырех абзацах сообщается, что наш дом действительно признан негодным для проживания, и администрация Коминтерновского района предполагает проводить в нем капитальный ремонт. В связи с этим дом занесен в «Список очередности жилых домов для признания их не пригодными для проживания».
13 ноября в приемной администрации Воронежа заместитель председателя комитета по управлению жилищным фондом города С.А.Михалев разъяснил жильцам, что расселение дома №29 по ул. Торпедо планируется на 2005-2010 гг. После долгих хождений и бессмысленной переписки мы убедились, что чиновники защищают лишь свои интересы и свое личное спокойствие. То, что при этом нарушаются конституционные права граждан, их совершенно не волнует.
Дронов, Есина, Иванова, Абрычкин, Самойлов, Минаев и другие жильцы дома №29 (под письмом 13 подписей).
Спасибо вам, лейтенант Сурмин
Я работаю мастером по капитальному ремонту ООО «Алиот» в Нововоронеже. Хотя в настоящее время мы ведем ремонтные работы в райцентре Панино. В ноябрьский день часов около 8 вечера добирался я, командированный человек, домой, в Нововоронеж. Довезли меня знакомые до перекрестка села Кашира и Ростовской автомобильной трассы. Конечно, время вечернее и редко кто останавливался, несмотря на мою поднятую руку.
Сколько я простоял бесполезно трудно сказать. Понял, что одним часом это может не обойтись, поэтому вынужден был подойти к прапорщику ГИБДД, дежурившему на своем посту, и попросить его помочь мне добраться до станции Колодезной, от которой уже рукой подать до Нововоронежа. Он посмотрел на меня внимательно и вежливо сказал, что попробует что-то сделать. И действительно, минут через 15-20 взмахом жезла остановил легковушку, свернувшую с трассы, и попросил водителя довезти меня. Через секунду я сидел уже в машине и размышлял о том, что зря мы ругаем нашу милицию: не все в ней грубые и бездушные люди.
К сожалению, машина довезла меня лишь до Солонцовского поворота, откуда до Колодезной еще 14-15 км. Вышел я из теплой кабины, постоял немного и пошел пешком. Думал, что кто-нибудь из водителей подберет меня, но легковые и грузовые автомобили шли мимо и ни один, несмотря на мои отчаянные взмахи рукой, не остановился. Досадно было, но что делать – шел и шел пешком. Неожиданно рядом остановились «Жигули» темного цвета:
- Садитесь, - прозвучал голос водителя. – Я еду в Нововоронеж.
Я «нырнул» в салон легковушки и увидел за рулем лейтенанта милиции. Познакомились, я рассказал ему о себе, а Андрей Сурмин – о своей службе. Время до города пролетело незаметно. Когда выходил из машины, спросил, сколько я должен, а в ответ прозвучало: «Если еще раз услышу подобное предложение – обижусь». Хлопнула дверь, «Жигули» укатили в ночь, а я еще стол несколько минут и с благодарностью думал о том, какие добрые люди встречаются на дороге.
Алексей Попков,
бывший майор воздушно-десантных войск. и
Без паспорта
Случилось у меня в жизни так, что женился я не в молодом возрасте. Встретил женщину, которую судьба так же не радовала своими милостями. Была замужем неудачно, имела дочь от этого брака и после развода с мужем воспитывала ее одна. Мы поженились и при дружной семейной жизни нажили двух совместных детей. Во время нашего знакомства моей приемной дочери было два года, а нынче она уже школу окончила.
Перед тем, как ей получать аттестат зрелости, надумал я удочерить девочку. Обсудили в семье этот вопрос и решили, что в документе об окончании школы должна стоять моя фамилия, чтобы в дальнейшем у дочки никаких осложнений не возникало. Поскольку у меня все документы в порядке и у жены есть официальное свидетельство о расторжении первого брака, то мы полагали, что никаких осложнений не возникнет. С получением свидетельства на удочерение трений действительно не возникло.
А вот с получением паспорта начались непонятные препоны. Нашей девочке 22 декабря исполняется уже 17 лет, а у нее до сих пор нет паспорта. Дело в том, что родилась она в Киргизии. На наш запрос в республиканский архив о подтверждении факта рождения пришел ответ, что актовая запись не сохранилась. Мы подаем заявление в наш загс с просьбой оформить свидетельство на основании решения суда о моем удочерении ребенка. Не оформляют, говорят – нужна запись загса о рождении. Объясняю: в архиве записей не обнаружено. Мне отвечают: поезжайте вместе с девочкой в Киргизию, может быть, что-то на месте удастся решить. Что удастся решить? Чиновники разводят руками.
Моя дочь имеет российское гражданство, есть другие документы, подтверждающие ее существование на нашей земле, но местным бюрократам нужна только справка. Меня гонят в Киргизию, будто бы эта поездка равносильна путешествию в соседнее село. Ладно, если бы был от нее толк, но ведь никаких документов я все равно не привезу. Что делать – ума не приложу. Ходит наш ребенок сегодня без своего главного гражданского документа. Сколько это будет продолжаться – никому неизвестно.
Анатолий Кадурин,
хутор Ивченково Каменского района.
