Поэтическая рубрика Людмила Алешина, Александр Болдырев

Можешь петь про женщин,
как мы шуры-мурили,
И вообще про всякое такое,
Как мы веселились, как
мы бедокурили,
Но любовь мою не тронь –
это, брат, святое.

Людмила Алешина Можешь петь про женщин,
как мы шуры-мурили,
И вообще про всякое такое,
Как мы веселились, как
мы бедокурили,
Но любовь мою не тронь –
это, брат, святое.

Можешь петь про пьяночки,
пьяночки-гуляночки,
Про коньяк и пиво разливное,
Как средь пьяной суеты
мы давали клятвочки,
Но вот дружбу ты не тронь –
это, брат, святое.

Можешь посмеяться ты,
как на всех собраниях
Засыпали дружно мы с тобою,
Как своих правителей
драили в компаниях,
Но вот Родину не тронь –
это, брат, святое.
Заживу степенно, чинно,
«Нет» скажу своим
стихам –
Борщ, работа, магазины
Да TV по вечерам.

Так размеренно и скучно
Жизнь пойдет, стуча
в виски.
А стихи мои – те дружно
Околеют от тоски.
Расчистилось небо. Заметно,
Как месяц по небу поплыл.
Сугробы дымятся от ветра,
Вздымается снежная пыль.

Садится на шапки, на плечи,
От снега не спрячешь лица.
Короткие зимние встречи,
Молчание возле крыльца.

Свиданье закончилось. Розы
За пазухой ты мне хранил.
«Нет, нет, это вовсе не слезы, –
Растаяла снежная пыль».
Камин?! – У батареи греюсь.
В руках – роман Агаты Кристи.
На Ваш приход я не надеюсь:
Рак на горе навряд ли свистнет.
Викарии, бродяги, лорды,
Сержанты, доктора, служанки
Смешались в томике четвертом,
Как мухи с пауками в банке.

Ах, кто там, в сумерках,
разутый,
Сумел в гостиную
пробраться?
Сюжет причудлив и запутан,
А мне в себе бы разобраться.

В чем я признаться не осмелюсь?
Вы моя тайная докука.
На Ваш приход я не надеюсь,
Зачем же вздрагивать от стука.

Подъездной двери, многоточью
Шагов внимать: кто этот
путник?
Агата Кристи, этой ночью
Я не узнаю, кто преступник.

г.Воронеж.

АЛЕКСАНДР БОЛДЫРЕВ Кольцо Обожгла мое лицо
На минуту ревность злая:
На руке твоей кольцо,
Словно змейка золотая.

А потом еще сильней
Я почувствовал и горше,
Что, другому став своей,
Стала ты и мне дороже.

Не умея объяснить
Этот жанр в морозный полдень,
Вновь хочу любимым быть, –
Оттого ль, что поздно очень?

Или нет... За снегирем,
Гроздь клюющим, наблюдаю.
Свежим снежным серебром
Лоб горячий охлаждаю.

• • • • •

Мы друзей своих теряем,
Обрастая суетой.
Имена свои стираем
Из души их золотой.

Память поздняя приходит,
Заставляя стать добрей.
Запоздалого, быть может,
Ждем прощенья от друзей.

И потеря, как зиянье,
И сознанье жжет вина
За былое обещанье,
За другие имена.

Березы, березы, березы.
Берез голоса – соловьи.
Белесые с проседью косы,
Как волосы, мама, твои.

Берез было больше в России
Средь многих деревьев всегда.
Они и поныне святые,
Как, мама, твоя доброта.