Array
(
[SRC] => /local/templates/default2018/img/nophoto.png
)
Array
(
[DETAIL_PICTURE] =>
[~DETAIL_PICTURE] =>
[SHOW_COUNTER] => 1730
[~SHOW_COUNTER] => 1730
[ID] => 217973
[~ID] => 217973
[IBLOCK_ID] => 52
[~IBLOCK_ID] => 52
[IBLOCK_SECTION_ID] => 268
[~IBLOCK_SECTION_ID] => 268
[NAME] => Глазами очевидца. Эхо…
[~NAME] => Глазами очевидца. Эхо ядерных взрывов
[ACTIVE_FROM] => 27.05.2005
[~ACTIVE_FROM] => 27.05.2005
[TIMESTAMP_X] => 05.12.2018 14:52:04
[~TIMESTAMP_X] => 05.12.2018 14:52:04
[DETAIL_PAGE_URL] => /nauka_i_obrazovanie/glazami_ochevidtsa-_ekho_yadernykh_vzryvov/
[~DETAIL_PAGE_URL] => /nauka_i_obrazovanie/glazami_ochevidtsa-_ekho_yadernykh_vzryvov/
[LIST_PAGE_URL] => /novosti/
[~LIST_PAGE_URL] => /novosti/
[DETAIL_TEXT] => О первых испытаниях ядерного оружия в СССР опубликовано немало противоречивых материалов. Часто распространяются всяческие слухи. А я хочу представить читателям моего старшего товарища, участника этих событий – полковника КГБ в отставке, ветерана Великой Отечественной войны и подразделения особого риска Андрея Михайловича МИХАЙЛОВА. Вот его рассказ.

Андрей Михайлович Михайлов.
В апреле 1949 года меня, лейтенанта госбезопасности, откомандировали на полигон № 2 Министерства обороны – так назывался тогда Семипалатинский полигон. На новое место службы я прибыл 1 мая. К моим обычным для чекиста обязанностям – борьба со шпионажем, защита секретов – добавили заботу о безопасности местного населения от воздействия атомных взрывов, снятие проб грунта, воды и растительности по маршруту движения радиоактивного облака. Зная о направлении ветра, мы накануне очередного взрыва выезжали на удаление до 100 километров от эпицентра и на земле раскладывали липкие пластины для сбора пыли, пепла и других радиоактивных осадков.
Прямо скажу, что и сами мы там были на положении подопытных животных: кроме спецкостюма и противогаза, нам никаких других защитных средств не выдавали. А ведь начиная с 1949 года там было 456 взрывов.
Местное население, проживавшее в радиусе 200 километров от взрывов, крайне отрицательно относилось к испытаниям. И не зря.
Расскажу только об одном эпизоде.
На 10 часов 29 августа 1949 года был назначен первый взрыв атомной бомбы. Село Семиярское Павлодарской области с пятью тысячами жителей находилось от эпицентра этого взрыва в 150 километрах. Всех людей вывели на безопасное место – за небольшую сопку. Надо было проследить за этим, предупредить панику и, главное, пресечь попытки сбора материалов по итогам взрывов агентурой спецслужб западных стран. А таких засланных казачков тоже было немало.
Вроде бы все шло по плану, но вот загвоздка – не могли эвакуировать детей из детского дома по простой и, казалось бы, банальной причине: у них не было теплой одежды. Приняли решение – перевести их из саманного здания в новое, кирпичное.
Сначала мы не почувствовали ни ударной волны, ни других поражающих факторов, а увидели только огненный шар, который все время увеличивался в размерах – точно так, как ныне рисуют ядерный гриб. Примерно через три минуты полетели стекла в домах, а затем раздался такой громовый раскат, что, казалось, наступил конец света. От ударной волны все мы попадали на землю. Более 40 домов были разрушены полностью. Трудно было слышать рыдания людей, лишившихся крова, видеть их страдания.
Не обошлось для меня и без неприятностей. При возвращении в село мы увидели бежавшую в одном нижнем белье обезумевшую женщину, оказавшуюся дежурной на телефонном коммутаторе. Во время эвакуации из села людей она спряталась и свой поступок потом объяснила банальными стереотипами советского времени: как она могла бросить такой ответственный пост – а вдруг начальство сверху позвонит? Кроме нее, еще три домохозяйки не были выведены за сопку, оставались дома и в результате получили травмы различной тяжести. Все они самолетом были потом эвакуированы в Павлодар.
В селе, естественно, я первым делом побежал в школу, чтобы поинтересоваться судьбой детдомовцев. Все они уцелели, но были настолько грязными, что без смеха нельзя была на них смотреть. Их накрыла ударная волна из… сажи, которая после взрыва из дымохода залетела в помещение.
Село полностью было восстановлено в течение полутора лета, все потерпевшие получили благоустроенные квартиры, вместо разбитой средней школы была построена новая.
Особенно много работы было в процессе подготовки первого взрыва водородной бомбы 27 ноября 1953 года. На разном удалении от его эпицентра были оставлены собаки, лошади, верблюды, барсуки (все с номерками для последующей идентификации), специально построены трехэтажные кирпичные дома (на удалении 500 метров, одного километра и полутора километров), стояли самолеты, танки, бронетранспортеры. После взрыва мы специальными лопаточками собирали то, что оставалось от живности. Работали в спецодежде по 5 минут в день в течение месяца, затем на один месяц направлялись в госпиталь, а через месяц работали уже по 10 минут. От упомянутых домов оставались одни руины, а военная техника превратилась в груду металлолома.
С одним из последующих взрывов произошла такая оказия, о которой мало кто знает. Бомбы к самолету обычно подвешивались в городе Жана-семей, что рядом с Семипалатинском.
В назначенное время бомбардировщик должен был долететь до условного места над полигоном и сбросить свой опасный груз. Но этот первый блин пошел комом: бомбардировщик с подвешенной бомбой вернулся, произвел вынужденную посадку, что категорически запрещалось всеми инструкциями. Это надо было видеть, какая невероятная паника поднялась на полигоне! Большие воинские чины, кто как мог, пытались спасти себя и подчиненных, а трусливые просто на машинах удирали куда подальше. Можно только представить последствия взрыва бомбы в момент соприкосновения самолета с бетонкой в случае ее отрыва: думаю, что от города Жана-семей да и от Семипалатинска мало бы что осталось. А что случилось с самолетом?
Позднее выяснилось, что в воздухе обнаружилась неисправность прицельной установки и парашютной системы (все бомбы сбрасывались на парашюте, чтобы самолет мог улететь подальше от места взрыва). Думаю, причиной были типичное российское разгильдяйство и безответственная реакция на команду сверху «давай», «давай», чтобы вовремя отправить в Москву победную реляцию.
Сложности были с жителями сел, где преобладало казахское население. Там для эвакуации населения нужно было получить «добро» и от аксакала, который не очень-то шел на контакт с лицами, не знавшими казахский язык. Понятно, что мы в спешном порядке стали его изучать, чтобы угодить старейшинам.
Подводя итог рассказанному, хочу подчеркнуть: в те годы мы, конечно, понимали государственную необходимость разрушить монополию США на ядерное оружие, но о безопасности людей все-таки думали мало. Я уже сказал, какими защитными средствами пользовались мы и солдаты, ну а сопка для мирного населения – разве это спасение от радиации?
На днях по радиостанции «Маяк» передали, что в некоторых селах горного Алтая, оказавшихся в зоне «розы ветров» с Семипалатинского полигона (не дай Бог таких «роз»!), – самая высокая смертность от онкологии и короткая продолжительность жизни. Думаю, что все это – эхо ядерных взрывов.
Конечно, испытания и для меня не прошли бесследно, однако я понимал и понимаю, где выполнял свой гражданский и воинский долг. Сам я испытываю моральное удовлетворение от осознания того, что помог спастись не одной сотне людей. Согласитесь, что это уже немало.
Я никогда, как говорится, не «плакался в жилетку», но немного обижает то, что некоторые городские и областные чиновники даже не отвечают на мои письма по поводу улучшения жилья, хотя, по закону, я как ветеран подразделения особого риска, имею такое право, которое должно быть реализовано в течение трех месяцев со дня подачи заявления. Но это уже так, к слову…
Записал Анатолий НИКИФОРОВ,
полковник КГБ в отставке.
© При перепечатке или цитировании материалов cайта ссылка на издания газетной группы «Коммуна» обязательна. При использовании материалов в интернете гиперссылка на www.kommuna.ru обязательна.
[~DETAIL_TEXT] => О первых испытаниях ядерного оружия в СССР опубликовано немало противоречивых материалов. Часто распространяются всяческие слухи. А я хочу представить читателям моего старшего товарища, участника этих событий – полковника КГБ в отставке, ветерана Великой Отечественной войны и подразделения особого риска Андрея Михайловича МИХАЙЛОВА. Вот его рассказ.

Андрей Михайлович Михайлов.
В апреле 1949 года меня, лейтенанта госбезопасности, откомандировали на полигон № 2 Министерства обороны – так назывался тогда Семипалатинский полигон. На новое место службы я прибыл 1 мая. К моим обычным для чекиста обязанностям – борьба со шпионажем, защита секретов – добавили заботу о безопасности местного населения от воздействия атомных взрывов, снятие проб грунта, воды и растительности по маршруту движения радиоактивного облака. Зная о направлении ветра, мы накануне очередного взрыва выезжали на удаление до 100 километров от эпицентра и на земле раскладывали липкие пластины для сбора пыли, пепла и других радиоактивных осадков.
Прямо скажу, что и сами мы там были на положении подопытных животных: кроме спецкостюма и противогаза, нам никаких других защитных средств не выдавали. А ведь начиная с 1949 года там было 456 взрывов.
Местное население, проживавшее в радиусе 200 километров от взрывов, крайне отрицательно относилось к испытаниям. И не зря.
Расскажу только об одном эпизоде.
На 10 часов 29 августа 1949 года был назначен первый взрыв атомной бомбы. Село Семиярское Павлодарской области с пятью тысячами жителей находилось от эпицентра этого взрыва в 150 километрах. Всех людей вывели на безопасное место – за небольшую сопку. Надо было проследить за этим, предупредить панику и, главное, пресечь попытки сбора материалов по итогам взрывов агентурой спецслужб западных стран. А таких засланных казачков тоже было немало.
Вроде бы все шло по плану, но вот загвоздка – не могли эвакуировать детей из детского дома по простой и, казалось бы, банальной причине: у них не было теплой одежды. Приняли решение – перевести их из саманного здания в новое, кирпичное.
Сначала мы не почувствовали ни ударной волны, ни других поражающих факторов, а увидели только огненный шар, который все время увеличивался в размерах – точно так, как ныне рисуют ядерный гриб. Примерно через три минуты полетели стекла в домах, а затем раздался такой громовый раскат, что, казалось, наступил конец света. От ударной волны все мы попадали на землю. Более 40 домов были разрушены полностью. Трудно было слышать рыдания людей, лишившихся крова, видеть их страдания.
Не обошлось для меня и без неприятностей. При возвращении в село мы увидели бежавшую в одном нижнем белье обезумевшую женщину, оказавшуюся дежурной на телефонном коммутаторе. Во время эвакуации из села людей она спряталась и свой поступок потом объяснила банальными стереотипами советского времени: как она могла бросить такой ответственный пост – а вдруг начальство сверху позвонит? Кроме нее, еще три домохозяйки не были выведены за сопку, оставались дома и в результате получили травмы различной тяжести. Все они самолетом были потом эвакуированы в Павлодар.
В селе, естественно, я первым делом побежал в школу, чтобы поинтересоваться судьбой детдомовцев. Все они уцелели, но были настолько грязными, что без смеха нельзя была на них смотреть. Их накрыла ударная волна из… сажи, которая после взрыва из дымохода залетела в помещение.
Село полностью было восстановлено в течение полутора лета, все потерпевшие получили благоустроенные квартиры, вместо разбитой средней школы была построена новая.
Особенно много работы было в процессе подготовки первого взрыва водородной бомбы 27 ноября 1953 года. На разном удалении от его эпицентра были оставлены собаки, лошади, верблюды, барсуки (все с номерками для последующей идентификации), специально построены трехэтажные кирпичные дома (на удалении 500 метров, одного километра и полутора километров), стояли самолеты, танки, бронетранспортеры. После взрыва мы специальными лопаточками собирали то, что оставалось от живности. Работали в спецодежде по 5 минут в день в течение месяца, затем на один месяц направлялись в госпиталь, а через месяц работали уже по 10 минут. От упомянутых домов оставались одни руины, а военная техника превратилась в груду металлолома.
С одним из последующих взрывов произошла такая оказия, о которой мало кто знает. Бомбы к самолету обычно подвешивались в городе Жана-семей, что рядом с Семипалатинском.
В назначенное время бомбардировщик должен был долететь до условного места над полигоном и сбросить свой опасный груз. Но этот первый блин пошел комом: бомбардировщик с подвешенной бомбой вернулся, произвел вынужденную посадку, что категорически запрещалось всеми инструкциями. Это надо было видеть, какая невероятная паника поднялась на полигоне! Большие воинские чины, кто как мог, пытались спасти себя и подчиненных, а трусливые просто на машинах удирали куда подальше. Можно только представить последствия взрыва бомбы в момент соприкосновения самолета с бетонкой в случае ее отрыва: думаю, что от города Жана-семей да и от Семипалатинска мало бы что осталось. А что случилось с самолетом?
Позднее выяснилось, что в воздухе обнаружилась неисправность прицельной установки и парашютной системы (все бомбы сбрасывались на парашюте, чтобы самолет мог улететь подальше от места взрыва). Думаю, причиной были типичное российское разгильдяйство и безответственная реакция на команду сверху «давай», «давай», чтобы вовремя отправить в Москву победную реляцию.
Сложности были с жителями сел, где преобладало казахское население. Там для эвакуации населения нужно было получить «добро» и от аксакала, который не очень-то шел на контакт с лицами, не знавшими казахский язык. Понятно, что мы в спешном порядке стали его изучать, чтобы угодить старейшинам.
Подводя итог рассказанному, хочу подчеркнуть: в те годы мы, конечно, понимали государственную необходимость разрушить монополию США на ядерное оружие, но о безопасности людей все-таки думали мало. Я уже сказал, какими защитными средствами пользовались мы и солдаты, ну а сопка для мирного населения – разве это спасение от радиации?
На днях по радиостанции «Маяк» передали, что в некоторых селах горного Алтая, оказавшихся в зоне «розы ветров» с Семипалатинского полигона (не дай Бог таких «роз»!), – самая высокая смертность от онкологии и короткая продолжительность жизни. Думаю, что все это – эхо ядерных взрывов.
Конечно, испытания и для меня не прошли бесследно, однако я понимал и понимаю, где выполнял свой гражданский и воинский долг. Сам я испытываю моральное удовлетворение от осознания того, что помог спастись не одной сотне людей. Согласитесь, что это уже немало.
Я никогда, как говорится, не «плакался в жилетку», но немного обижает то, что некоторые городские и областные чиновники даже не отвечают на мои письма по поводу улучшения жилья, хотя, по закону, я как ветеран подразделения особого риска, имею такое право, которое должно быть реализовано в течение трех месяцев со дня подачи заявления. Но это уже так, к слову…
Записал Анатолий НИКИФОРОВ,
полковник КГБ в отставке.
© При перепечатке или цитировании материалов cайта ссылка на издания газетной группы «Коммуна» обязательна. При использовании материалов в интернете гиперссылка на www.kommuna.ru обязательна.
[DETAIL_TEXT_TYPE] => html
[~DETAIL_TEXT_TYPE] => html
[PREVIEW_TEXT] =>
[~PREVIEW_TEXT] => О первых испытаниях ядерного оружия в СССР опубликовано немало противоречивых материалов. Часто распространяются всяческие слухи. Полковник КГБ в отставке, ветеран Великой Отечественной войны и подразделения особого риска Андрей Михайлович Михайлов - непосредственный участник тех событий. Вот его рассказ: «В апреле 1949 года меня, лейтенанта госбезопасности, откомандировали на полигон №2 Министерства К моим обычным для чекиста обязанностям добавили заботу о безопасности местного населения от воздействия...
[PREVIEW_TEXT_TYPE] => html
[~PREVIEW_TEXT_TYPE] => html
[PREVIEW_PICTURE] => Array
(
[SRC] => /local/templates/default2018/img/nophoto.png
)
[~PREVIEW_PICTURE] =>
[LANG_DIR] => /
[~LANG_DIR] => /
[SORT] => 500
[~SORT] => 500
[CODE] => glazami_ochevidtsa-_ekho_yadernykh_vzryvov
[~CODE] => glazami_ochevidtsa-_ekho_yadernykh_vzryvov
[EXTERNAL_ID] => 10640
[~EXTERNAL_ID] => 10640
[IBLOCK_TYPE_ID] => news
[~IBLOCK_TYPE_ID] => news
[IBLOCK_CODE] => novosti
[~IBLOCK_CODE] => novosti
[IBLOCK_EXTERNAL_ID] => 29
[~IBLOCK_EXTERNAL_ID] => 29
[LID] => ru
[~LID] => ru
[EDIT_LINK] =>
[DELETE_LINK] =>
[DISPLAY_ACTIVE_FROM] => 27.05.2005 00:00
[FIELDS] => Array
(
[DETAIL_PICTURE] =>
[SHOW_COUNTER] => 1730
)
[PROPERTIES] => Array
(
[REGION_ID] => Array
(
[ID] => 279
[TIMESTAMP_X] => 2018-12-06 06:37:30
[IBLOCK_ID] => 52
[NAME] => Регион
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 40
[CODE] => REGION_ID
[DEFAULT_VALUE] =>
[PROPERTY_TYPE] => E
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => L
[MULTIPLE] => Y
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] =>
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 37
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[IS_REQUIRED] => N
[USER_TYPE_SETTINGS] =>
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Регион
[~DEFAULT_VALUE] =>
)
[AUTHOR_ID] => Array
(
[ID] => 280
[TIMESTAMP_X] => 2018-12-06 06:37:30
[IBLOCK_ID] => 52
[NAME] => Автор
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 50
[CODE] => AUTHOR_ID
[DEFAULT_VALUE] =>
[PROPERTY_TYPE] => E
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => L
[MULTIPLE] => Y
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] =>
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 36
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[IS_REQUIRED] => N
[USER_TYPE_SETTINGS] =>
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Автор
[~DEFAULT_VALUE] =>
)
[SIGN] => Array
(
[ID] => 281
[TIMESTAMP_X] => 2018-12-06 06:37:30
[IBLOCK_ID] => 52
[NAME] => Подпись
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 55
[CODE] => SIGN
[DEFAULT_VALUE] =>
[PROPERTY_TYPE] => S
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => L
[MULTIPLE] => N
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] =>
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[IS_REQUIRED] => N
[USER_TYPE_SETTINGS] =>
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Подпись
[~DEFAULT_VALUE] =>
)
[FORYANDEX] => Array
(
[ID] => 278
[TIMESTAMP_X] => 2018-12-06 06:37:30
[IBLOCK_ID] => 52
[NAME] => Экспорт для Яндекса
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 90
[CODE] => FORYANDEX
[DEFAULT_VALUE] => Нет
[PROPERTY_TYPE] => L
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => C
[MULTIPLE] => N
[XML_ID] => 220
[FILE_TYPE] => jpg, gif, bmp, png, jpeg
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[IS_REQUIRED] => N
[USER_TYPE_SETTINGS] =>
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[VALUE_ENUM_ID] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Экспорт для Яндекса
[~DEFAULT_VALUE] => Нет
)
[IS_MAIN] => Array
(
[ID] => 282
[TIMESTAMP_X] => 2018-12-14 14:39:11
[IBLOCK_ID] => 52
[NAME] => Самая главная
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 100
[CODE] => IS_MAIN
[DEFAULT_VALUE] =>
[PROPERTY_TYPE] => L
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => C
[MULTIPLE] => N
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] =>
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[IS_REQUIRED] => N
[USER_TYPE_SETTINGS] =>
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[VALUE_ENUM_ID] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Самая главная
[~DEFAULT_VALUE] =>
)
[IS_IMPORTANT] => Array
(
[ID] => 283
[TIMESTAMP_X] => 2018-12-14 14:39:11
[IBLOCK_ID] => 52
[NAME] => Важная
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 150
[CODE] => IS_IMPORTANT
[DEFAULT_VALUE] =>
[PROPERTY_TYPE] => L
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => C
[MULTIPLE] => N
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] =>
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[IS_REQUIRED] => N
[USER_TYPE_SETTINGS] =>
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[VALUE_ENUM_ID] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Важная
[~DEFAULT_VALUE] =>
)
[WITH_WATERMARK] => Array
(
[ID] => 290
[TIMESTAMP_X] => 2018-12-18 09:33:44
[IBLOCK_ID] => 52
[NAME] => Все фото с водяным знаком
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 200
[CODE] => WITH_WATERMARK
[DEFAULT_VALUE] =>
[PROPERTY_TYPE] => L
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => C
[MULTIPLE] => N
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] =>
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[IS_REQUIRED] => N
[USER_TYPE_SETTINGS] =>
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[VALUE_ENUM_ID] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Все фото с водяным знаком
[~DEFAULT_VALUE] =>
)
[MORE_PHOTO] => Array
(
[ID] => 284
[TIMESTAMP_X] => 2018-12-06 06:38:44
[IBLOCK_ID] => 52
[NAME] => Фото
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 250
[CODE] => MORE_PHOTO
[DEFAULT_VALUE] =>
[PROPERTY_TYPE] => F
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => L
[MULTIPLE] => Y
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] => jpg, gif, bmp, png, jpeg
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[IS_REQUIRED] => N
[USER_TYPE_SETTINGS] =>
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Фото
[~DEFAULT_VALUE] =>
)
[TEXT] => Array
(
[ID] => 285
[TIMESTAMP_X] => 2018-12-06 06:38:44
[IBLOCK_ID] => 52
[NAME] => Абзацы
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 300
[CODE] => TEXT
[DEFAULT_VALUE] => Array
(
[TEXT] =>
[TYPE] => HTML
)
[PROPERTY_TYPE] => S
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => L
[MULTIPLE] => Y
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] =>
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] => ISWIN_HTML
[IS_REQUIRED] => N
[USER_TYPE_SETTINGS] => Array
(
[height] => 200
)
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Абзацы
[~DEFAULT_VALUE] => Array
(
[TEXT] =>
[TYPE] => HTML
)
)
[CNT_LIKES] => Array
(
[ID] => 286
[TIMESTAMP_X] => 2018-12-06 06:38:44
[IBLOCK_ID] => 52
[NAME] => Кол-во "Нравится"
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 1000
[CODE] => CNT_LIKES
[DEFAULT_VALUE] =>
[PROPERTY_TYPE] => N
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => L
[MULTIPLE] => N
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] =>
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[IS_REQUIRED] => N
[USER_TYPE_SETTINGS] =>
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Кол-во "Нравится"
[~DEFAULT_VALUE] =>
)
[CNT_DISLIKES] => Array
(
[ID] => 287
[TIMESTAMP_X] => 2018-12-06 06:38:44
[IBLOCK_ID] => 52
[NAME] => Кол-во "Не нравится"
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 1001
[CODE] => CNT_DISLIKES
[DEFAULT_VALUE] =>
[PROPERTY_TYPE] => N
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => L
[MULTIPLE] => N
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] =>
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[IS_REQUIRED] => N
[USER_TYPE_SETTINGS] =>
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Кол-во "Не нравится"
[~DEFAULT_VALUE] =>
)
)
[DISPLAY_PROPERTIES] => Array
(
)
[IPROPERTY_VALUES] => Array
(
[ELEMENT_META_TITLE] => Глазами очевидца. Эхо ядерных взрывов
[ELEMENT_META_DESCRIPTION] => О первых испытаниях ядерного оружия в СССР опубликовано немало противоречивых материалов. Часто распространяются всяческие слухи. Полковник КГБ в отставке, ветеран Великой Отечественной войны и подразделения особого риска Андрей Михайлович Михайлов - непосредственный участник тех событий. Вот его рассказ: «В апреле 1949 года меня, лейтенанта госбезопасности, откомандировали на полигон №2 Министерства К моим обычным для чекиста обязанностям добавили заботу о безопасности местного населения от воздействия...
[ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_ALT] =>
[ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_TITLE] => Новости
[SECTION_META_TITLE] => Глазами очевидца. Эхо ядерных взрывов
[SECTION_META_DESCRIPTION] => Глазами очевидца. Эхо ядерных взрывов - Главные новости Воронежа и области
)
[RES_MOD] => Array
(
[TITLE] => Глазами очевидца. Эхо ядерных взрывов
[SECTIONS] => Array
(
[268] => Array
(
[ID] => 268
[~ID] => 268
[IBLOCK_ELEMENT_ID] => 217973
[~IBLOCK_ELEMENT_ID] => 217973
[NAME] => Наука и образование
[~NAME] => Наука и образование
[IBLOCK_ID] => 52
[~IBLOCK_ID] => 52
[SECTION_PAGE_URL] => /nauka_i_obrazovanie/
[~SECTION_PAGE_URL] => /nauka_i_obrazovanie/
[CODE] => nauka_i_obrazovanie
[~CODE] => nauka_i_obrazovanie
[EXTERNAL_ID] => 151
[~EXTERNAL_ID] => 151
[IBLOCK_TYPE_ID] => news
[~IBLOCK_TYPE_ID] => news
[IBLOCK_CODE] => novosti
[~IBLOCK_CODE] => novosti
[IBLOCK_EXTERNAL_ID] => 29
[~IBLOCK_EXTERNAL_ID] => 29
[GLOBAL_ACTIVE] => Y
[~GLOBAL_ACTIVE] => Y
)
)
[IS_ADV] =>
[CONTROL_ID] => bx_4182259225_217973
[CNT_LIKES] => 0
[ACTIVE_FROM_TITLE] => 27.05.2005
)
)