Общество
В память воинов славных
08.08.2017 18:48
Дискуссии о том, какие оккупанты в Великую Отечественную были более гуманны по отношению к мирному населению, а какие –менее, неуместны. Они были захватчиками, пришли на воронежскую землю убивать и грабить.
И у мертвых, безгласных,
Есть отрада одна:
Мы за родину пали,
Но она —
Спасена.
А. Твардовский.
Память | Дискуссии о том, какие оккупанты были более гуманны по отношению к мирному населению, а какие –менее, неуместны. Они были захватчиками, пришли на нашу землю убивать и грабить
Среди оккупантов, пришедших в Воронежскую область, были немцы, итальянцы, венгры, словаки, финны, чехи, другие захватчики разноплеменной Европы.
Валентин Котюх,
председатель правления реготтделения
ООПО «ВСС М.Т.Калашникова»
В настоящее время в обществе идет дискуссия о том, какие оккупанты лучше, кто гуманнее относился к завоеванному населению. Многие исследователи утверждают, что самыми жестокими были венгры, которых за их зверства наши солдаты даже не брали в плен. Немцы, которые «случайно» зашли в Воронеж, нарушив приказ фюрера, занимают второе место. Они, по мнению некоторых авторов, редко воевали с подвластным населением.
Итальянцы вообще рисуются заблудшими овечками, которые случайно попали за границу и мёрзли сильно от русских морозов. Находясь вдали от родины, мечтали вернуться назад. Русские дети вызывали у них умиление, и они подкармливали их шоколадом и конфетами.
На наш взгляд, такие дискуссии неуместны, так как «хорошими» захватчики были только с теми жителями, которые безропотно, беспрекословно выполняли приказы оккупационных властей. Любое противодействие захватчикам, невыполнение их приказов каралось розгами, концентрационным лагерем, тюрьмой, расстрелом или повешением.
Недавно мы встречались с женщиной, которая, совсем ещё юной девушкой, была угнана в Германию. На вопрос, каково ей было на чужбине, ответила, что жила там хорошо. Хозяин кормил её кормил, она питалась с ним за одним столом. Сын хозяина, пришедший в отпуск по ранению, оказывал ей знаки внимания.
– Нам марки не платили, но если одежда изнашивалась, хозяева отдавали свои поношенные, но приличные вещи.
Обескураженные такими ответами, мы спросили о зверствах фашистов.
– Зверства были, если русские воровали. Вот, моя подруга залезла на чердак, где лежали старая одежда и обувь, и отнесла её нашим, русским, солдатам, сбежавшим из лагеря. Когда пропажа обнаружилась, её выпороли и отправили в лагерь, – таков был её ответ.
К завоеванному населению оккупанты относились как к скоту, который нужно беречь, иногда – кормить, чтобы он хорошо работал. А если население не слушало хозяина, то его уничтожали.
Такие дискуссии, навязываемые обществу, ведут к переписыванию Истории. Даже с голубых экранов часто можно услышать, что во всем виноват Гитлер, а пришедшие в нашу страну захватчики лишь выполняли его приказы. Забывчивость и всепрощение в Истории могут вновь привести к трагическим событиям. Это происходит потому, что уходят последние очевидцы той страшной военной беды.
Мало выпускается книг, рассказывающих о зверствах фашистов. В Воронежской области не учтены и не поставлены на учёт как памятники культурного наследия места массовых расстрелов населения, концентрационных лагерей, могилы расстрелянных мирных жителей и погибших за освобождение Воронежской области солдат. Не увековечены их имена на обелисках. А что мешает объявить мемориальными зонами, где запрещены всякое строительство и раскопки, места концентрационных лагерей?
В Острогожском и Каменских муниципальных районах Воронежской области вот уже много лет проходит «Вахта Памяти» по извлечению останков пленных советских солдат, погибших при строительстве железной дороги «Острогожск – Евдаково» .
«Берлинка» – так назвали в народе эту 35-километровую «железку», построенную на крови и костях тысяч советских военнопленных из сорока воронежских концлагерей и жителей окрестных сёл – каменских, острогожских, лискинских.
В поселке Сибирский находится братская могила, есть часовня, но в паспорте захоронения об её истории и о 437 людях, там лежащих, ничего не сказано.
Не стоят на учете в нашей области как памятники культурного наследия десятки Солдатских полей, где земля обильно полита кровью воинов всех национальностей Советского Союза. Дружба народов, скрепленная кровью ушедших солдат, заменена толерантностью, терпимостью друг к другу.
В 2013 году отмечалась знаменательная дата – 70-летие танкового сражения под Прохоровкой. Тогда же состоялось 34-е заседание Российского организационного комитета «Победа», по итогам которого был подготовлен перечень поручений Президента РФ Владимира Путина. В частности, в п. 3 перечня высшим исполнительным органам государственной власти субъектов Российской Федерации поручалось:
«б) обеспечить проведение паспортизации (в том числе обновление ранее оформленных паспортов) воинских захоронений. Срок – 1 января 2015 г.
в) организовать работу по поиску неизвестных героев Великой Отечественной войны 1941-1945 годов, обнародованию их имен и вручению им (передачу в семьи погибших (умерших) ветеранов) наград, не вручённых ранее.
Ответственные: высшие должностные лица (руководители высших исполнительных органов государственной власти) субъектов Российской Федерации».
Об этой работе отчитались и наши чиновники, но работа не только не закончена, но и выполнена формально, бездушно, с множеством ошибок.
Работа по увековечиванию ведется очень медленно. В городе Воронеже за год увековечено сорок человек. Если и дальше такими темпами двигаться, то и за сто лет не уложимся.
Приведём пример, о котором говорила «Коммуна» два года назад в очерке «На памяти не экономят», оставшемся незамеченным чиновниками.
В Россошанском районе, в селе Цапково, находятся две братские могилы. В одной похоронены командир партизанского отряда Иван Николаевич Будко, Яков Васильевич Виткалов и его отец, Василий ФилипповичВиткалов (в документах фамилии называются Будко или Бутко, Витколов или Виткалов. –
авт.), оторые после изуверских пыток были повешены фашистами в 1942 году.
О трагедии, произошедшей в селе Цапково, жители нашей страны узнали в 31 декабря 1942 года из утреннего сообщения СОВИНФОРМБЮРО. В нем говорилось: «Немецко-итальянские оккупанты ограбили поголовно всех жителей, забрали у колхозников продовольствие, скот, одежду, обувь и домашние вещи. С наступлением зимы гитлеровцы выгнали колхозников из домов на улицу, всячески издевались и глумились над советскими людьми. Комендатура провела регистрацию всех жителей с 16-летнего возраста. При регистрации гитлеровцы снимали у граждан отпечаток с большого пальца правой руки. Фашистские мерзавцы повесили на площади села Ивана Бутко, Якова Витколова и его 65-летнего отца. Немецкие солдаты согнали к виселице все население. Когда на Бутко накинули петлю, он воскликнул: «Да здравствует наша советская Родина!» Яков Витколов крикнул: «Да здравствует Красная Армия!» Старик Витколов обратился к собравшимся со следующими словами: «Я смерти не боюсь и, как видите, умираю спокойно. Жаль только, что я еще мало уничтожил гитлеровских псов». Акт подписали жители села Цапково: Наталья Руденко, София Гладченко, Пелагея Жигайлова и другие».
В книге С.Аброськина «Зверства фашистов в Воронежской области», вышедшей в 1943 году, приводится новое свидетельства героического поведения партизан во время казни в Цапково: «Товарищ Будко, командир партизанского отряда, обращаясь к населению, сказал: «Я умираю за правое дело советского народа. Партизаны были, есть и будут, пока не уничтожат всех оккупантов».
Военный историк, профессор Сергей Иванович Филоненко нашёл и опубликовал документы, которые содержат свидетельства очевидцев этой трагедии.
В красноармейской дивизионной газете «Вперед к Победе» учительница села Цапково М.А. Савельева рассказывала:
«Как цепные собаки ворвались фашисты в наше село. В домах колхозников они взламывали сундуки, забирая из них всё немудреное богатство. Стон и плач в каждой хате. В середине августа бандиты поймали инструктора Новокалитвенского райкома партии Якова Виткалова и уполномоченного наркомата заготовок Бутко. Вместе с ними был схвачен и отец – 65-летний Виткалов. Троих их утром вывели на площадь и привязали к столбам. С подветренной стороны разожгли костёр. Едкий дым и огненное пламя приносили нечеловеческие муки пленникам. Когда подросток попытался дать им воды, часовой ударил школьника прикладом. Двенадцать часов стояли привязанные к столбам в дыму. Вечером немецкие солдаты согнали всё село на майдан. Когда арестантов отвязали, сын и отец Виткаловы, измученные упали на землю. Их волоком подтащили к виселице и, пиная сапогами, заставили подняться. Всем троим связали ноги, на шеи набросили петли. Один из бандитов на ломаном русском языке угрожающе прорычал, что такая участь постигнет всех коммунистов и партизан.
– Товарищи! – собравшись с силами, последние слова выкрикнул Яков Виткалов. – Мы умираем. Но победа будет за нами…»
Похоронили замученных патриотов на местном кладбище. Установили обелиск. В 2003 году, отправляя сведения в архив Министерства обороны, имена партизан внесли в паспорт захоронения. Готовясь к юбилейной дате, в 2013 году, на могиле установили новый памятник из белого мрамора, облагородили территорию вокруг обелиска. Но чиновники, подписывая новый паспорт, указали, что могила – безымянная. Оказывается, там похоронены три неизвестных воина, погибших в 1943 году.
В другом братском захоронении в селе в 2003 году числилось 100 неизвестных солдат, а сейчас значится, по новому паспорту, 86 известных, а неизвестных вообще нет. Куда «потерялись» 14 солдат? В паспорте захоронения солдаты записаны, а мемориальные плиты – не установлены. Получается, увековечили только на бумаге.
Обелиск в селе установлен рабочими Воткинского машиностроительного завода в честь 174-го отдельного истребительного противотанкового артиллерийского дивизиона имени Комсомола Удмуртии, которым командовал капитан Буслаев Трофим Миронович. Он входил в 172-ю стрелковую дивизию. Но и об этом забыли указать в паспорте захоронения.
Противотанковый дивизион сформирован в 1942 году по инициативе комсомольцев Воткинского машиностроительного завода на добровольные пожертвования. Эмблема артдивизиона была в виде значка «КИМ» золотистого цвета. Комсомольцы изготовили четырнадцать противотанковых пушек калибра 45 мм. На всех видах вооружений была гравировка: «174 ОИПД им. Комсомола Удмуртии». Молодежь Удмуртии и жители города Воткинска собрали 1 млн. 422 тысячи рублей на нужды артдивизиона.
У села Цапково дивизион принял боевое крещение. Село первым освободила 172-я СДВ ходе декабрьских боев. При штурме высот на подступах к селу и в самом населенном пункте погибло 506 и ранено 1389 солдат и офицеров. Эти цифры не окончательные, так как в освобождении села принимали участие и другие части.
В Цапково находились госпитали ХППГ 2179, ХППГ 595, которыми руководили военврачи 2-го ранга Шор Павел Моисеевичи Почко Андрей Филиппович. В госпиталях умерли от ран 36 человек.
Среди героев, отдавших жизнь за русскую землю, была медсестра Инна Механошина. О её гибели бойцы сообщали её матери Александре Николаевне в письме:
«Здравствуйте, уважаемая тов. Механошина А.Н.! Еще 2 декабря 1942 г. по поручению бойцов и командиров артдивизиона имени Комсомола Удмуртии мы писали трудящимся Удмуртской республики, что наша мирная боевая учеба закончена, что в скором будущем на практике в борьбе с фашистской поганью мы будем подводить итоги нашей боевой и политической выучки. 16 декабря 1942 года мы вступили в бой в районе среднего течения Дона и с ожесточенными боями форсировали Дон, уничтожили сильную укрепленную оборонительную полосу противника, заняли ряд высот и несколько населенных пунктов.
В этих боях исключительное мужество, отвагу и храбрость проявила воспитанная Вами дочь, наша любимица, старший сержант медицинской службы, член Ленинского Комсомола Инна Васильевна Механошина. В уличных боях в селе Цапково Ново-Калитвенского района Воронежской области 18 декабря 1942 года в 10 часов утра фашистский выродок выстрелом из пистолета убил Инночку и тут же от нашей пули пал сам, как собака.
В затишье между боями мы хоронили нашего храброго бойца, любимицу всего дивизиона - дорогую Инночку. На ее могиле мы поклялись за смерть Инночки, как и других наших товарищей, павших смертью храбрых, жестоко отомстить фашистским варварам. И в этот же день уничтожили шесть фашистских танков, три пушки, три автомашины с войсками и боеприпасами противника, сбили из ПТР один самолет и уничтожили около двухсот немецко-итальянских бандитов. Тяжела для нас утрата, а для Вас, как матери, воспитавшей такую замечательную девушку – патриотку своей Родины, она еще тяжелее. Пусть облегчит, мамаша, Ваше тяжелое горе скорое освобождение Родины от фашистской нечисти. Мы еще раз клянемся, что будем бить беспощадно врага, пока течет в наших жилах кровь. Мы продолжаем вести наступательные бои, и каждый наш выстрел приносит смерть врагу. Мы мстим, и будем мстить до полного уничтожения врага за прекрасную Вашу Инночку. Смерть фашистским оккупантам! Бойцы и командиры артдивизиона имени Комсомола Удмуртии».
Инна увековечена в братской могиле села Новая Калитва, а её погибшие товарищи вот уже 75 лет ждут действий чиновников по сохранению памяти о них.
В городе Воткинске имя дивизиона присвоено школе, где он формировался, а в Россошанском районе не смогли навести порядок в захоронениях. Самое печальное, что такое же состояние дел с воинскими захоронениями и в большинстве районов Воронежской области.
Медсестра Инна Механошина, погибшая за Цапково.
Фото с сайта Правительства Удмуртии.
Безымянный памятник в селе Цапково на могиле партизан.
Надпись на памятнике в селе Цапково.
Памятник в селе Цапково, поставленный воткинцами.
